Таково оно — онтоИн-се, критерий. Онто Ин-се присутствует в человеческой структуре, составляет ее и одновременно пребывает вне нее, как и мысль. Выстраивая фразу, мысль, соотношение, я произвожу на свет слова, но я же и несу за них ответственность. Кто это — «я»? Если кто-то будет искать меня как «я», то меня не отыщет. Он сможет найти мою плоть, но не проследит мое «я» в качестве действующего и ответственного, принимающего решения и изъявляющего волю. Однако это «я» формализуется, проявляется вовне; именно оно конституирует порядок или беспорядок того, каким я есть и проявляюсь.

Таким образом, в первый момент я открыл, что данный критерий — который можно прочесть, пронаблюдать — проявлял себя вовне и что следование его указаниям всегда приводило к точно определенным результатам: здоровью, благополучию, успеху. Забывание этого критерия, противоречие ему или уклонение от него неизменно провоцировало болезнь, беспорядок, замешательство и т.п. Я использовал данный критерий, наблюдая его, прочитывая и расшифровывая с помощью всех умений и знаний, которые были у меня за плечами. Я не нашел его случайно. К моменту его обнаружения я уже владел всеми инструментами, необходимыми для его прочтения. Я располагал инструментами алхимии, мистики, рациональности, математики, очевидности, физики и многими другими. К счастью к анализу данного процесса я подошел с подготовкой, превосходящей ту, которая была у Фомы Аквинского, Фрейда, Юнга и др. У меня было больше инструментов, которые и позволили провести полновесный анализ.

Многие годы я посвятил лечению, и если я обладал свободой действия, то всегда получал позитивный результат. По прошествии шести-семи лет терапевтической работы я увидел, что данный критерий, действующий внутри порядка человеческого здоровья, равен критерию, регулирующему порядок явлений мира, всей природы вообще. Этот критерий был равен тому, о чем говорили основатели некоторых религий, у него был тот же язык. Я открыл, что через мой экспериментальный принцип я мог понять слова Будды, Христа, чей смысл был мне недоступен. Прежде я их понимал в соответствии с учением теологии и истории религии, но сути в них не видел. Теперь же, напротив, применение данного критерия раскрывало их простоту, естественность, элементарность, непосредственность очевидных отношений, прямые связи между вещами без посредничества символа. И тогда я обнаружил, что данный критерий представлял собой не только порядок человека в физическом, биологическом, структурном смысле, но и был той идентичностью, которая регулировала универсальный порядок всех вещей. Подобно тому как умный человек может быть часовщиком, коневодом, поваром и романистом, один и тот же разум получает различные применения, но всегда остается собой, этот принцип различался способами своего применения, но оставался всегда таким же.

Таков и этот принцип — онто Ин-се, Ин-се бытия, Ин-се, дающее связку «есть». Это форма (или способ), которая служит критерием, конститутивной составляющей, детерминирующей причиной. С онто Ин-се все есть, без него — ничего нет, начиная с клетки или кровообращения и заканчивая высшими формами ума. Кроме того, в каждом индивиде данный критерий регистрируется в зависимости от потенциала и инструментов, которыми располагает субъект. В художественной натуре этот критерий обнаружится как превосходный художник. Мастера часовых дел он приведет к созданию лучших в мире часов. А в человеке, пренебрегающем учебой, он останется на среднем уровне. Он подобен семени, которое прорастает по-разному в зависимости от совокупности второстепенных условий своего исторического проявления (попадет ли оно в песок, на камни, склюет ли его птица, какой будет почва и т.д.).

После открытия данного принципа оказалось несложным обнаружить монитор отклонения. Я увидел другой принцип, который много говорил, диктовал свои законы. Онто Ин-се не устанавливает законы, оно просто из-

вещает: «Это есть, этого нет. Это — для меня, это — не для меня». Напротив, этот другой принцип рассуждал, говорил, что по целому ряду причин одни вещи можно делать, а другие нельзя. У него была своя лингвистика и юриспруденция, своя категория (свои десять заповедей), которая поначалу показалась мне архетипом морали, а значит, чем-то позитивным, но затем не приводила к результатам первого критерия. Действительно, если я анализировал людей и давал им рекомендации, прислушиваясь к диктату монитора отклонения, то есть при помощи бытующего морального закона, ориентируясь на его соблюдение и исполнение, то люди умирали физически. Постепенно я понял, что монитор отклонения не имеет ничего общего с простым принципом жизни, поскольку не приносит субъекту добрых плодов. Человеку не удавалось найти хорошую работу, наладить отношения с другими людьми, он был склонен к инфантильному, претенциозному поведению и не желал платить экзистенциальную цену, как это делают все. Его насильственность и ригидность сформировали в нем убеждение в том, что он один такой, что другие ничего не стоят и что он отныне будет соблюдать исключительно заветы умершего отца, священника или друга. Он действовал с оглядкой на абсолютные символы, и результатом становилась депрессия, утрата ценностей, потеря собственной жизни и эгоизма.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Смотрите также

Результаты: основной эффект и взаимодействие
Факторные исследования дают два вида результатов: основной эффект и взаимодействие. Основной эффект показывает общее влияние независимых переменных, а взаимодействие отражает совместное действие п ...

Квазиэкспериментальные планы
Строго говоря, «настоящие» экспериментальные исследования проводятся с использованием управляемых независимых переменных и либо эквивалентных групп в случае межсубъектных планов, либо позиционного ...

Организация рационального питания
Изучение радиационных воздействий на организм человека показывает, насколько опасно влияние радиации. Причем, как показали последние исследования, действия малых доз радиации на человека в большой ...