Даже если бы имело место оскорбление извне, оно не нарушало бы естественного порядка, поскольку разум страдает, только если допускает ошибку в себе с амом. Если же ошибка полагается чем-то вне нас, она не приносит страдания, так как внутренняя точность сохраняется: в конечном счете, ошибка — если ее причиной являются другие — это историческая ситуация, которая не способна опровергнуть Ин-се. Когда же сам субъект полагает ошибку, она ставит под сомнение Ин-се и, следовательно, дискредитирует индивида, отчуждает его от метафизического, от горизонта Бытия.

Лишь внутренняя данность субъекта способна умалить и устранить присутствие Бытия в его собственном существовании. Лишь сам субъект, из своего Ин-се, может заложить и обусловить Бытие. У других, каковы бы они ни были (наносящими оскорбление или вред), нет доступа к его позиции в Бытии. Именно из этого порядка рождается уверенность, спокойствие, контроль, превосходство, эстетика бытия. Истина реального определяет меру ответственности: насколько ты есть, настолько ты обязан отвечать, координировать, отдавать, делать, развивать.

Природа всегда исполняет свою задачу с максимальным удовлетворением. К примеру, цветок полностью развивает составляющие его элементы. Лень немыслима в устройстве биологической природы, которое представляет собой совершенную, всецелую и точную экономию. Природа порождает и развивается, с усовершенствованием исполняя во внешнем мире то, что дано в реально возможном. Мы, люди, должны поступать так же, и границы ответственности всегда устанавливаются исключительно на основе того, насколько мы есть (а это апеллирует к индивиду-личности).

Мораль рождается из внутреннего фактора: сколько реальности объективирует субъект, столько он должен быть моральным, то есть его образ поведения должен всегда соответствовать его собственной модальности развития. Из моей вот-бытийной субъективности я не могу ни спасти Бытие, ни помочь Ему. Я, человек, ответственен за то, насколько я существую, однако я — всего лишь маленький человек, один из многих, и поэтому отвечаю не за все, но лишь за свой участок, в границах которого существую. Но, ты, Бытие, несешь неограниченную ответственность. Я ответствен в известной мере, но Ты ответственно за пределами всяческих мер. Я плачу за все, чем существую, но Ты, Бытие, также несешь ответственность за все то, чем ты есть.

Такова холодная логика, а существо логики неизбежно требует таких афферентных действий и выводов, которые неявно заключены в самополагании Бытия. Если хотя бы один из них подвергся бы возможному кризису, тогда все потеряло бы истинность, однако этого мы сказать не можем, поскольку мы сами очевидно являем собой некое присутствие. Мы существуем, и, когда мы желаем оправдать это существование, неизбежно должны достигнуть первоначала, обладающего властью полагать. Логика действенна, поскольку она отражает полагание или становление Бытия в рамках его целостного акта.

Я не молю и не нуждаюсь: я есть и апеллирую к тому, что есть, поэтому я требую хотя бы равной ответственности. С того момента, как полагающий установил правила, он сам неизбежно становится их первым исполнителем. Он есть всецело единый. Из точной формулировки, хладнокровно данной в технической разработке разумных доводов, которыми меня наделила природа, я предполагаю одновременную ответственность Бытия: если я есть, то Ты есть, следовательно, Ты также обязан, как есть и обязан я. Поскольку я есть, я делаю, исполняю все то, что обязан вследствие того, что я есть, я имею право, я люблю тебя по праву, как еще один царь, и уже не как раб, не как сын, не как тварь. Этот акт любви не устраняет ни одного из беспристрастных правил справедливости, то есть соразмерности вещей. Я есть нечто малое, но моя малость установлена тобой, и не может быть пустяковиной. Я нуждаюсь в тебе, но благо-даря этому Ты в большем долгу передо мной, Ты должен соответствовать мне, иначе игра перестает быть благодатью, логикой, порядком.

Из моей вот-бытийной субъективности я не могу спасти Бытие, не могу даже помочь Ему: если мы доведем мою скудость до предела, то я ни на что не буду годен. Бытие же может спасти меня, поскольку истина реального соразмерна ответственности, и, если мне удается полностью реализовать свой природный потенциал посредством своей вот-бытийной субъективности, Бытие обязано, должно отвечать взаимностью.

Пусть все это — только логика, но представляет оно собой прямую семантику требований субъекта, имманентного Бытию. Если применить внутреннюю логику порядка вещей самих по себе, правила этого маленького мира должны быть соответствующими образчиками правил мира в-себе Бытия. Если Бытие есть только бесстрастная логика, оно может полагать меня из ничто и развеять меня в ничто. Однако это была бы всего лишь гнусная, бесславная шутка, поскольку если бы я был рожден цветком, я не осознавал бы своего существования, но я осознаю его, я знаю, что Бытие есть. В этом случае Оно дало бы мне знание, чтобы причинить страдание, и с этой точки зрения я говорю, что это нелогично. Нельзя позволить увидеть, вызвать стремление, поставить цель и оставить ее недостижимой. Это может сделать ограниченное сотворенное существо, но только не совершенство, поскольку совершенство во всяком своем начинании предполагает актуальность цели. Оно дало мне знание, я знаю, что Бытие есть, следовательно, Оно принадлежит мне, следует из меня.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Смотрите также

Наблюдение
Как вы узнали из главы 1, в которой рассматриваются цели психологии, поведение невозможно предсказывать и объяснять, им нельзя управлять без предварительного точного описания этого поведения. Глав ...

Факторный анализ
Факторный анализ — это статистический инструмент, который лежит в самой основе исследования индивидуальных различий. Многочисленные варианты его использования включают конструирование тестов, выявл ...

Цель и содержание оперативного анализа
На каждом предприятии ежедневно принимается множество решений, для обоснования которых используются различные виды экономического анализа. Основой принятия решений по регулированию производства явля ...