Человек представляет собой открытый вопрос, который решается в зависимости от достигаемой при этом ценности.

Человек вопрошает обо всем, чтобы понять самого себя. Он не может отождествить себя с собственным телом, которое зачастую ощущает как тяжесть. Он не может ни признать, что поглощен миром, ни определить себя вне мира. По мере обнаружения своей биопсихической и социальной зависимости и обусловленности, он интуитивно воспринимает свой внутренний мир как нечто единое и независимое, которое устанавливает его в рамках конкретной и многосоставной тотальности мира. Но в сознании человека всегда присутствует нечто незаконченное и непреклонное, подобно никогда не удовлетворяемому желанию. Оно питает само себя и всегда простирается в будущее: при всей вязкости прошлого, человек неизменно пребывает в нестабильном центре своего будущего.

Человек бесконечно больше своего акта, будучи тем налично-сущим, которое осознает возможность своего бытия. Все в человеке составляет экзистенциальную проблематику, так как он может устремиться к благу или же не делать этого, а также потому, что тянется к добру, которое никогда не позволит себя обусловить: каждый раз когда человек выбрал доброе, оно отодвигается все дальше и дальше. Человек сознает, что должен быть формулой, чей порядок постоянно обновляется. Но чаще всего он поднимает мятеж, превращаясь во врага человеческого вплоть до того, что разворачивает бесплодную борьбу с творением.

Человек — существо историческое, и он должен быть поступательным равнением на бытие. Иными словами, он должен перевести в реальное действие интимную виртуальность собственной рациональности, устройство своего бытия. Как существо он установлен, как историческое существо представляет собой аутоктиз: в первый момент он получает подряд на несение миссии, а во второй — исторически выполняет ее. Чтобы исчерпывающе быть самим собой, человек должен открыться истории. История — чувствами проверяемая мера того, насколько человек тянется к бытию.

Ни одно исследование человека не может пренебречь его мирским аспектом: бытием здесь и сейчас. К несчастью, в западной культуре слишком чувствуется воздействие греческого космоцентризма, и мы находимся в положении дуалистического познания. Оно представляет собой ситуацию, когда излишне подчеркивается отличие между субъектом, которым есть я, и реальностью объекта вне меня. Из данной познавательной установки рождается логическая и онтологическая проблема истины. Но в мышлении человек уже схватывает реальность, ведь если мы вынесем мышление за пределы реальности, любое опосредование к истине станет абсурдным.

Человек передвигается по траектории реальности, в противном случае любое погружение в вещь саму по себе было бы невозможным. Если мы поставим мышление вне реальности, то сведем его к ничто. Мышление вне бытия — ничто. Это разъясняет существование двух моментов, движущихся в идентичном бытии: я, воспринимающий, и реальность, отличная от меня. Два этих диалектических момента характеризуют положение человека в мире.

Бытие раскрывает себя в средоточии человеческого понимания. В рамках данного понимания можно выделить два различных и взаимосвязанных момента: а) тип экзистенциального восприятия бытия как реального существования; б) тип выявления априорной субъективности, воспринимающей бытие. Второй момент открывает метафизическую проблематику сознания, то есть проблему изначальной и сущностной структуры целостного человека, человека вечного.

Сознание трансцендентально встраивается в бытие как субъективность, полностью неснимаемая объективированием в понятие. Сознание живет в трансцендентальности как манифестированное проявление первозданной сущности, которую невозможно целиком объективировать. Под термином «сознание» здесь понимается глобальное целое человеческих глубин, определимое как мышление, или знание, интуиция, мораль, персона. Сознательное «Я» человека противостоит онтологически (но не онтически) любому тотальному объективированию в понятие. Сознание превосходит себя даже в собственном акте, неизменно пробивая проход в бесконечность. В неполной объективируемости «Я» и проявляется наивысшая причастность бытия творению.

Специфическая характеристика бытия состоит в том, что ничто не может отнять его у самого себя, и что оно с очевидностью выявляется только в себе самом. Человек постигает себя и себя превосходит, противостоит себе в себе же и не объективируется без остатка. Каждое объективирование — это отчуждение, а значит — не сознание.

Страницы: 1 2 3 4

Смотрите также

Причины использования планов с малым N
Несмотря на популярность в современной психологии планов с большим N, исследования с одним или несколькими испытуемыми внесли и продолжают вносить важный вклад в развитие знаний о поведении. Как в ...

Результаты: основной эффект и взаимодействие
Факторные исследования дают два вида результатов: основной эффект и взаимодействие. Основной эффект показывает общее влияние независимых переменных, а взаимодействие отражает совместное действие п ...

Валидность экспериментальных исследований
В главе 4 было введено понятие валидности в применении к измерениям. Этот термин также применяется к эксперименту в целом. Так же как измерение считается валидным, если измеряется именно то, что п ...